Во время осеннего тура ДДТ случчанке Ольге Шуманской удалось поговорить лидером группы. Интервью в ужатом виде было напечатано в газете «Наш край», а мы представляем полный текст, без сокращений.
В Барановичах в ноябре впервые выступила группа ДДТ. После выступления я побеседовала с Юрием Шевчуком и узнала, какие впечатления оставил тур по Беларуси и почему он изменил программу тура «История звука» для нашей страны.
С Юрием Шевчуком беседуем в небольшой гримерке. Концерт уже отшумел, автографы поклонникам розданы, фото со всеми желающими сделаны. Белорусская часть «Истории звука» позади, за ней начался большой тур по России, который продлится до апреля, а после с этой же программой ДДТ выступит в Европе.
С какими ощущениями ехали в Беларусь, и какие впечатления оставил тур?
Мы были здесь два с половиной года назад, поэтому ожиданий особенных не было. Народ чудесный, добрый. Здесь хорошо. Я не знал, как будет восприниматься новая программа, состоящая из старых песен, мы редко делаем такие дайджесты. В этот раз почувствовал, что надо.
Но это же не просто набор хитов, здесь есть сквозное действие, видео-арты. Только мы трагедию прибрали в Беларуси. В России программа более суровая, есть такие песни, как «Предчувствие гражданской войны», «Правда на правду». В России жестче все, там жизнь контрастнее, поэтому и мы жестче. А здесь мы лиричнее.
Я по городу не гулял. Только утром сходил в парк возле гостиницы, сделал зарядку (Парк им. 30 ВЛСКМ). Парк мне понравился. Мне вообще в Беларуси нравится, если о внешних сторонах говорить. Здесь замечательные дороги, леса, поля, реки, – все ухожено. Народ трудолюбивый, видно это. Даже если домики не совсем красивые, то почти всегда ухоженные.
Беларусь для меня – это доброта и трудолюбие, это очень видно после России. Как-то вы отличаетесь в этом смысле от нас, в очень хорошую сторону. И люди влюбленные ходят за руки. У нас редко такое видишь. А это очень поэтично! Светло, светло!
На концерте Вы сами заметили, что много про любовь говорили…
Я последние дни говорю очень много о любви, раньше столько не говорил. Потому что зла много вокруг. И вообще сейчас в мире напряг очень серьезный наступает. И о любви, добре говорить сейчас не грех, это очень важно. Я это чувствую. Лишний раз язык не отсохнет в наше время доброе слово сказать.
Подходишь к прилавку: «Дайте мне бутылку кефира». И перед этим продавщице говоришь: «Здравствуйте». Я так одной говорил «Здравствуйте» раз 15, а она все краснеет и мрачнеет. И в ответ не говорит ничего. И мы должны думать, почему она в ответ не говорит «Здравствуйте»? Почему у человека так плохо на душе? Откуда это? Что с ней случилось? Кто ее так обидел? Какие новости она посмотрела с утра или еще что-нибудь?
На концерте Вы сказали, что только сейчас начали понимать, что такое любовь, а можете ли Вы сформулировать?
Любовь – это путь. И конечно, 20-30 лет назад не понимал, что это. На заре рок-н-ролла мы пели про любовь, но не так осмысленно. Религиозный философ Вышеславцев писал, что любовь – это длинная дорога, и она имеет много ступеней познания. В начале – чувственная, потом душевная, духовная, ангельская. Это дорога до самого Бога и по ней можно идти всю жизнь. Докуда мы дойдем – это наша судьба, наши силы. Я считаю, что изучение любви – это главное, для чего человек рожден. Почему нет?
Любовь и самопознание– невероятная сила, которая отличает нас от остальной флоры и фауны. И, конечно, я не знаю, смогу ли я постигнуть это.
Вы говорили про рок-н-ролл. А из белорусской музыки вы что-то слушаете?
Когда я ехал сюда, я очень много прослушал белорусских групп, не потому что у меня будут спрашивать, а потому что мне интересно, куда я еду. Нравятся N.R.M. и Naka.
Конечно, белорусские группы мы приглашали на свои фестивали: «Троицу» и др. Играли как-то с «Ляписами».
Я знаком был с Мулявиным, царствие небесное. С величайшим музыкантом. Человек в свое время пробил Америку! Какой вокал у Песняров!
Вообще в рок-тусовке мы попсу не любили: «отстой это все, отстой». Но у нас была фигура, которую мы очень уважали: это Мулявин. Всегда он был в авторитете. Остальные нет, никто. А этот человек – да. Потому что мы понимали, что это настоящее. Что это труд, это работа, это культура, это знание рок-н-ролла, этники и фольклора и традиционной музыки и любой другой.
А какую музыку Вы слушаете?
Любую. Я прослушиваю, что в музыкальном мире творится: и британскую, и американскую, испанскую, французскую песню обожаю. Французская музыка очень близка нам, французская песня очень мелодична. В ней все хорошо с нюансами.
А так все слушаю, начиная от Coldplay, Arctic Monkeys, всякие там Killers, все это я знаю, весь рок. Вы же видите, как мы играем, все время что-то ищем. Я недавно интервью слушал с очень известным музыкантом. У него спросили – а вы слушаете что-то? А он говорит: нет, нечего слушать. Я думаю, как «нечего слушать»? В мире столько музыки! Да у меня в компьютере тысяча радиостанций! Одного только инди-рока у меня радиостанций 50! Я перед сном слушаю и с утра, как встаю, потому что мне это нравится. Нравится, как мир поет!
Если ты не слушаешь музыку и считаешь себя музыкантом, значит, ты остановился в развитии. Я вообще не подвержен ностальгии. Мне нравится новое. Группа Millennium нравится или Dota британская. У каждой группы есть что-то интересное. Я все Гластонбери (фестиваль современной музыки в Великобритании, – прим. Ред.) прослушиваю от и до: все сцены. Надеюсь хоть раз в жизни туда попасть. Купить палатку и зависнуть там в июне. Потому что там все творится: англичане ружья кирпичами не чистят. У нас нефть – у них «музон», это точно!
А Вы смотрите какие-нибудь ютуб-каналы?
Конечно, смотрю. Сейчас новый феномен, выросла молодежь, которая слушает музыку глазами. Опять. Вот лет десять назад такого не было. 15 лет назад клип – это вообще было не актуально. А сейчас с развитием интернета и ютуба, пришла вот эта молодежь, которая еще пять шесть лет назад ходила в детский сад. И я это прекрасно понимаю.
В новом альбоме я хотел сделать визуализацию на все 15 песен. Но денег на это нет. Я даже думаю пойти на краудфандинг, чтобы народ сбросился и мы что-то сняли побольше. До этого мы не снимали шесть-семь лет вообще. Хотя программа «Иначе» полностью идет как фильм. Это не значит, что мы подстраиваемся, сейчас этим интересно заниматься.
Но видео у нас будет другое. Мне хочется добра, какой-то целомудренности. Потому что насмотрелся этих клипов: телки, тачки, вся эта рэперская бартва, какие-то кокаинщики, грязь, мат-перемат. А мне кажется, что вообще все это быстро отлетит и придет время благородных вещей. Что будет модно быть интеллигентным и аристократичным, не материться, увлекаться поэзией, говорить на «Вы» с людьми. Это обязательно придет. И такая молодежь будет элитарная и крутая. Она будет понимать, что такое любовь. А то, что сейчас творится – пройдет. Культура – это же маятник, он качается туда и обратно. И я чувствую, что наступит новый серебряный век, интересные времена. Культура утончится, и из множества субкультур выйдут мастера слова и рифа, и рок-н-ролла, и более новых форм. Я оптимист.
