Всё перегорело: как живут Столбцы через месяц после вспышки COVID-19

За март — апрель 2020 года через больницу в Столбцах — райцентре в Минской области — прошло больше 250 пациентов с пневмониями. Когда больных стало очень много, их пришлось возить в соседние города: Воложин, Копыль, Марьину Горку, Солигорск. Главврач больницы Светлана Глебко сама перенесла коронавирусную инфекцию — изолировалась на работе.

Вспышку вируса заметили журналисты. Репортажи со свежими могилами на городском кладбище потрясли Беларусь. Всё это было всего месяц назад. Как живут Столбцы сейчас, когда COVID-19 вроде бы отступил, пишет Еврорадио

ХОДА НЕТ

“ХОДА НЕТ” — надпись крупными буквами на двери в администрацию Столбцовской районной больницы. “Заходите, сделайте сюжет”, — говорит мне молодой врач, показывая на дверь. В коридоре пусто. На входе в приёмную главврача ещё одна надпись: “В ПРИЁМНУЮ НЕ ВХОДИТЬ. Все документы оставлять на столике у двери”.

“Если вы хотите какую-то информацию получить, вы можете пройти к главному врачу, к руководителю и там побеседовать”, — рассказывала в начале мая журналистам “Беларусь 1” главный врач больницы Светлана Глебко. В тот день из Беларуси выдворили корреспондента российского “Первого канала” Алексея Кручинина. Он приезжал делать репортаж в Столбцы — но, по словам белорусских журналистов, вместо того, чтобы получить комментарий у главврача, “буквально бегал по кустам”.

Что ж, я хочу побеседовать со Светланой Глебко.

“Не заходите в приёмную! — предупреждает секретарь, когда я открываю дверь. — Вы кто? Вы откуда? Журналисты? Светлана Здиславовна занята, и я не знаю, когда она освободится. Садитесь в коридоре и ждите. Закройте дверь”.

Через несколько минут секретарь выходит к нам и требует, чтобы мы спустились на первый этаж. Мы отказываемся, и женщина стремительно возвращается в приёмную. К нам подходит замглавврача Чеслава Уласик, в маске и защитном костюме: “Покажите удостоверение! — требует она и переписывает данные. — Сегодня главврач вас точно принять не сможет — у неё видеоконференция”.

+30

Люди в Столбцах коронавируса не боятся. Они гуляют в парках, заходят в магазины и кафе. Защитные маски почти никто не носит. Сложно поверить, что месяц назад в городе была вспышка COVID-19. Сложно поверить и в официальную статистику, по которой коронавирус унёс всего семь жизней.

У входа в Столбцовскую поликлинику многолюдно. Кто-то сидит на лавочке, кто-то нервно переминается с ноги на ногу. “Мы вообще не местные, приехали сюда на профессиональную комиссию”, — рассказывает мужчина в полосатой рубашке.

На первом этаже туда-сюда снуют люди в масках. Тут и пенсионеры, которые пришли подлатать здоровье, и кашляющие дети, и беременные женщины. С конца мая Столбцовская поликлиника и ЦРБ, по уверениям врачей и местных жителей, стала возвращаться к обычной жизни.

О коронавирусе напоминает предупреждение — вход в поликлинику только в масках — и пробегающие мимо врачи в защитных костюмах. На улице почти +30. В здании чуть меньше, но в защитных костюмах — как в парилке. Лица врачей под масками раскрасневшиеся и вспотевшие.

Торговля — ****ец 

В местном “Евроопте” кассиры в масках и перчатках. Персонал магазинов поменьше средствами защиты пренебрегает. В кафе при магазине мужчина пьёт за одиноким столиком растворимый кофе из бумажного стаканчика. В лавке с развесным печеньем, пирожными и конфетами две продавщицы бойко обслуживают клиентов.

“В плане продаж ничего не изменилось, люди как ходили, так и ходят. Да и с работой тут как было, так и осталось, — рассказывает мне одна из них. — В масках мы не всегда работаем: только если попросят. Но всегда в перчатках. Когда самый пик был, то многие старались носить везде маски. А сейчас люди уже стали проще относиться. Привыкли, наверное”.

Люди на улицах торгуют цветами, овощами и салом. Июньское солнце сильно печёт. Лицо под маской потеет. Торговля идёт плохо.

“До коронавируса торговля была ****ец, сейчас не лучше. Менты шерстят нас — **ут”, — откровенничает уличный продавец.

На улице масок нет почти ни у кого. Вне помещений они особо и не нужны, но ведь и входя в магазины и кафе масок никто не надевает! Минздрав бодро рапортует, что Беларусь начала снижение с плато, коронавирус побеждён.

И тишина

В детском кафе-пекарне “Забава” никого. На входе пустой дозатор для антисептика. Продавщица в маске, но нос не закрыт.

“Сразу, как всё началось, то, конечно, повлияло на торговлю. Но сейчас всё восстанавливается. Сейчас уже стало всё хорошо, мы рады”, — сквозь маску улыбается она. Внутри прохладно, работает вентилятор.

“А много людей в масках заходит?”

“Все в масках заходят. Взрослые, подростки и даже маленькие дети в масках”. 

В этот момент в кафе заходят пять человек. Ни у одного из них нет маски на лице. Они толпой собираются у витрины, чтобы выбрать пирожные.

“Теперь у нас тишина. Сейчас к нам в больницу везут из Старых Дорог, из Несвижа, из деревень. Но в Столбцах стало спокойно. И в больницу сейчас уже пускают, анализы другие. У нас в Столбцах, слава богу, всё перегорело”, — продавщица отворачивается к клиентам.

“Две картошки им”, — заказывает после бурного обсуждения мама.

Наклеенный на окно дельфин с обезумевшим взглядом таращится на покупателей. Две семьи располагаются на соседних столиках.

Похороны в пакетах

Около больницы торчит киоск “Табакерки”. Внутри крупная женщина в годах листает какие-то бумаги. На киоске объявление — защитные маски по 90 копеек.

“В апреле у нас была вспышка, скорые летали туда-сюда, карета за каретой. Все врачи и водители в защитных костюмах и масках. Апрель был тяжёлый. Это было по всему видно, была смертность. А вот с конца мая и начало июня у нас вообще тишина. Мне же отсюда всё видно. Много знакомых моих переболело, с подтверждённым коронавирусом, но слава богу — все живы и здоровы”.

Продавщица сетует, что скрывают информацию от людей:

“У нас даже если и положили человека, то им не сразу говорят. Похороны — в пакетах, не открывая гроб, сразу на кладбище. Ни прощаний, ни сборов. Но у нас люди ответственные, сами всё видели, носили маски. Давайте я вам ручки обработаю, а то вы тут везде ходите?”

Брызгает мне на ладони антисептиком из пульверизатора. Пока растираю руки, она продолжает:

“У нас нет ни гуляний, ни скоплений. Кроме футбола. Людей теперь меньше, торговли никакой. Все боятся. Кто-то на изоляции просидел, а это удар по карману. 

Покупателей у нас не много. Бывают дни вообще голяки. Но это же сигареты. У нас мало людей курит. Раньше было много, а теперь только закоренелые курильщики”.

Какое-то время в апреле Столбцы оказались в настоящей изоляции: заболел кондуктор и отменили автобусы. По соседству с ларьком местный костёл. Ксёндз ещё в апреле сказал, что можно молиться дома. На праздники освящать еду почти никто не приехал.

За всех, кроме одного

Местный активист Андрей Букато рассказывает, что если бы люди не организовались сами, то вспышка коронавируса была бы ярче:

“У нас была аудитория, которая нас читала, были чаты в “Вайбере” и “Телеграме”. Были СМИ, которые это всё освещали. Вообще, мы собирали активную группу к выборам, но получилось, что начали действовать раньше. Люди делились информацией. Так и прогремели на всю страну”.

Ситуацию с работой в Столбцах Андрей описывает не в радужных тонах:

“Работы стало меньше, ситуация стала хуже. Не только коронавирус повлиял, но и вся экономическая ситуация. Курс изменился. Доходы людей упали. Сейчас в приоритете — выжить. Приходится затягивать пояса”.

Андрей — член нескольких инициативных групп по выдвижению кандидатов в президенты. Поскольку Столбцы — город небольшой, подписи он собирает сразу за нескольких кандидатов:

“Никогда ещё не было такого запроса на изменения. Люди тут в очереди выстраиваются. Нас учили, как правильно проводить пикеты. Но сейчас все правила поменялись. Раньше нужно было людей приглашать, завлекать, разговаривать, объяснять. Сейчас люди сами приходят и стоят в очередях, чтобы расписаться. За всех, кроме одного”.

Куда приводит COVID

На городском кладбище №3 ряд свежих могил. Больше двадцати плотно укрытых поминальными венками — большинство из них апрельские и майские. Среди свежих ухоженных холмиков с крестами — одна скромная, с цветами в вазе.

Это могила Станиславы Жолнеркевич — она умерла 21 апреля в Столбцовской больнице. Женщине был 71 год, у неё было много заболеваний — и подтверждённый COVID-19. Врачи боролись за её жизнь — она 16 дней пролежала на аппарате вентиляции лёгких. Когда коронавирус и пневмония были почти побеждены, не выдержало сердце.

Сегодня на кладбище почти никого нет. Двое рабочих устанавливают новый надгробный памятник, несколько человек вдалеке застыли у старых могил.

Столбцы, с потерями, но пережили вспышку коронавируса. Точное число заболевших и умерших от COVID-19 ни Минздрав, ни местная больница не сообщают. Данные по регионам больше не публикуются. Как и статистика смертности.

Еврорадио

“Своя швея”: Реклама
m_0f7926fd04978cce74bed346b3ea2a01
Пошив и ремонт всех типов одежды; Шторы, постельное белье; Шубы, дубленки, кожа, мех, замш; Пошив тематических костюмов для утренников, карнавалов, праздников; Пошив одежды и аксессуаров для собак.
2-51-20 - 8-029-105-35-95
УНП: 691978816
Не забудь поделиться этой информацией со своими знакомыми и друзьями.
Капитал Слуцк

Комментарии

Оставить комментарий