«Эй, Рикардо!» Занимательная алхимия или увлекательное превращение лирического героя в отрицательного экстраверта

Тени от домов, отброшенные уличными фонарями, приняли неестественную продолжительность. Время замедлило свой повседневный бег, вечер, вихрем принесший веселую головокружительную карусель, неожиданно просел, как проседает старая, износившаяся карета. Стрелки часов приближались к полуночи, в уставшее сознание незаметно прокрадывались очертания снов… Город из окон вечернего такси что-то кричал, подмигивая яркими вывесками реклам. Оживилась клубно-ресторанная жизнь, улей тысяч отдыхавших в унисон подпевал только что отгремевшей премьере нового мюзикла, – а я?..

Железная городская капсула несла меня внутри этой суеты. От каблуков немного болели ноги, гул мотора и светящаяся панель приборов такси подыгрывали моему внезапно свалившемуся странному настроению. Утонув на заднем сидении, погрузилась в воспоминания только что пережитого представления. В такт проезжающим мимо машинам картинками, похожими на фрагменты старой кинопленки, в голове всплывали яркие костюмы и лица персонажей: парики, плечи, платья, позы, жесты и маски – отыгранные и брошенные… А между ними – я… Зритель из четвертого ряда. Живая и настоящая, сочувствующая и тоскующая. Радуюсь и плачу с нарисованными героями. Я, такая маленькая Экзи, среди разной величины отрепетированных масок – так нелепо и странно. «Вы сказали Есенина – 117?» Вопросительно проговорил голос впереди, прервав мою полудрему. Меня ждала мягкая кровать и сладкие сны, без смысла и особого содержания.

Впрочем, я всегда среди масок, вот и теперь, на променаде новый герой – Евгений Курчич, артист, певец, неоднократно примерявший образы самых разных персонажей. С пылу, с жару стащили за руку для вас прямо со сцены и, мне кажется, что он никакой не судья и не охотник, а просто Женя, хоть театральный лоск масок по привычке сопровождает его и в обычной жизни. Ну и, конечно, здесь пара моих постояльцев – Алексей Крот и Виктор Двуречинский. Мы снова в поисках того человека, которому есть что сказать, поведать уникальный смысл и мотив для движения своих дел.

 

05

 

Виктор. Итак, мы начинаем. Случчане знают, что вы учились в шестой школе, и, как пишут в интернете, чуть ли не с самого детства было желание пойти в артисты…

Евгений. Мы все в детстве чем-то занимались: сначала родители заводили нас в секции, кружки, а потом и сами расходились по интересам. На самом деле у нас творческая семья: мама в хоре пела, в самодеятельности; старшая сестра окончила колледж искусств, куда отправился в свое время и я. Так получилось в жизни, что на сцену привела меня мама. И это не секрет, что сцена – тот же самый наркотик, и к ней привыкаешь. Хоть попытки были изменить что-то в жизни, в основном из-за того, что мне казалось это не совсем мужской профессией; мучили сомнения насчет достижения какой-то популярности в нашей стране. Но со временем неуверенность ушла, и я все-таки поступил в колледж, ну а потом судьба привела меня в коллектив театра Ирины Дорофеевой. Обстоятельства так совпали, как бы сами собой, и я уже в этой профессии более десяти лет.

Виктор. То есть звезды сошлись?

 

01

 

Евгений. Возможно и так (улыбается). Сегодня я преподаю в университете культуры, и передо мной сейчас какой-то другой план в жизни открылся; играю много в спектаклях, мюзиклах. Конечно, это не значит, что я оставил свою творческую карьеру – нет. Со студентами университета мы «сколотили» свой творческий коллектив – это уже совершенно другой проект, не буду пока раскрывать карты, потому что там все пока на начальной стадии.

Алексей. У Чарли Чаплина есть фильм, где у его героя звезды разошлись. Он играет клоуна, над репризами которого не смеются, и он от этого сильно страдает. Как справляться такому человеку? Может, дадите дельный совет артисту, оказавшемуся в подобной ситуации?

 

16

 

Евгений. Сложный и интересный вопрос… Каждый как может, так с этим и справляется.

Алексей. Многие пить начинают.

Евгений. Жизнь артиста очень непредсказуемая штука…  Согласен: самое страшное для артиста – пьянство. У некоторых так и получалось в жизни, но отнюдь не потому, что, как вы сказали,  «разошлись звезды» –  нередко пить начинали и на пике популярности. У каждого свои причины. Может быть артисту так легче расслабиться после концерта.

Виктор. Как произошел этот переход в более «театральное пространство»? С коллективом Ирины Дорофеевой вы много гастролировали – и вдруг мюзиклы, спектакли. Интересен сам переход. Заинтересовала драматургия?

 

03

 

Евгений. История с мюзиклами началась в 2012 году, когда в Минск привезли постановочный спектакль. Ким Александрович Брейтбург, Валерия Брейтбург, Николай Андросов ставили спектакль «Голубая Камея». Объявили масштабный кастинг для всех желающих поучаствовать – для всех талантливых. Это был первый проект в Беларуси. Я такой, вроде как победитель «Академии талантов», пришел на этот кастинг. Когда мне задали вопрос, могу ли я спародировать голосом Ренаты Литвиновой что-нибудь, у меня глаза округлились… И, конечно же, на этом этапе провалился, потому что ничего не получилось. После этого, безусловно, я работал над собой. Концерты, гастроли по Беларуси, России, Литве. Не так давно, немногим больше года назад, начался набор в мюзикл «Казанова» – это второй проект университета культуры (первый проект назывался «Дубровский»). В «Казанова» меня взяли и, надо сказать, для мюзикла по-настоящему я созрел только сейчас. Была возможность поучаствовать и в «Дубровском», но я отказался, и не потому, что пальцы загибаю – нет, просто тогда еще не дорос, наверное. В «Казанова» я играю роль разбойника, и это какое-то немыслимое перевоплощение. «Эй, Рикардо, идиот, стой!» Представляете? Я из лирического героя перевоплощаюсь в отрицательного экстраверта.

 

06

 

Кстати, это все мы привезем. Приглашаю 27 апреля в ДК. На сцене Слуцкого ДК можно будет увидеть мюзикл «Казанова». И да, меня едва ли там можно узнать, даже мама узнала только по фигуре. Говорю голосом совершенно не своим, в парике, да еще и одноглазый. Роль сложная, но настолько захватила, что просто нереально круто, это другая профессия.

Алексей. Бывает, что для актера все круто, а зрителю трудно понять?

Евгений. Вот поэтому университет культуры и работает с российской постановочной группой, потому что они не ошибаются. Не хочу сказать ничего плохого о белорусских спектаклях, но у российских постановщиков все просчитано – не первый год в этой профессии. Смотрели опыт мюзиклов Бродвея, и, разумеется, учитывают все нюансы. Тем более у Кима Брейтбурга что не песня – то хит. Его песни, особенно лирические, всегда узнаваемы. Ну а в целом костюмы, декорации, шутки и песни публикой воспринимаются «на ура»!

Виктор. «Казанова» – очень известный персонаж. На кого он похож? Можно ли провести параллели с другими популярными историями? Вот Алексей приводил в пример пару фильмов.

Алексей. Да, восьмидесятых годов фильмы.

 

 

15

 

Евгений. Честно – я не смотрел; единственное, что могу сказать – знал только песню Валерия Леонтьева, и все.

Алексей. А из репертуара «Наутилуса»? Кормильцевский Казанова – это такой нигилистический персонаж, указывающий на неминуемый конец бытия без просвета. Хватается за жизненный момент, пока есть такая возможность…

Евгений. Идея похожа: герой-любовник, у которого много женщин; этакий проказник, презирающий обычный уклад общества. Но все закончится хэппи эндом – наш герой найдет свою Терезу и влюбится…

Виктор. Заинтриговал.

 

17

 

Алексей. Консерваторы пишут, что Казанова, связав себя любовными узами, на самом деле себя же и убивает.

Виктор. Печально.

Евгений. В мюзикле «Дубровский» другой финал: главного героя в конце убивают.

Алексей. Это Пушкин…

 

09

 

Виктор. Я так понимаю: ваш «Казанова» – с нуля написанный сценарий?

Евгений. Да, либретто писал Евгений Муравьев, российский поэт. Наверное, с нуля… Однако, могу ошибаться, вы меня сейчас прижали к стенке (улыбается).

Виктор. С Казановой понятно. Мюзикл – интереснейший жанр: «маски, позы, два листа прозы» – приживается образ. А как в жизни – жесты, интонация проявляются как-нибудь? Ой, страшно представить…

 

14

 

 

Евгений. Иногда у меня вылазит – да, в песнях этот хрип в голосе, а где-то и специально на детей тренированным голосом как крикну. Иногда еще приколы бывают – я текстом отвечаю. Например, кто-то что-то ляпнул схожее с текстом,  а я продолжаю картинку: «Рикардо, погоди» – и так далее. Это теперь всегда со мной: реплики, фразы, степ… Кстати, я думал, что никогда не научусь танцевать степ. Ну а когда меня ввели в мюзикл «Дубровский», главным было не показать там судью из «Казанова». Еще один проект, где я играю князя Радзивилла, сильно отличается, поэтому здесь нет проблем.

 

13

 

Алексей. Вот если наш белорусский ребенок идет в спорт, родители и он понимают, что есть олимпийские игры и неплохие перспективы развития. А как с нашим шоу-бизнесом? К чему может стремиться наш музыкант или актер? Где его высшая «точка кипения»?

Евгений. Интересный вопрос. Многие музыканты и артисты, не видя перспективы, уезжают по контракту в другие страны. А я верю – что-нибудь, да изменится, ведь многое зависит от нас самих. Вот мюзиклы – отличная площадка для проявления себя; и не важно, из какой страны – мы показываем международный уровень. Мы берем небольшими финансовыми вложениями в проект, у нас бешеная энергетика, мы готовы радоваться и радовать вас. И это круто.

 

07

 

Алексей. Например, Анна Нетребко в своем фейсбуке написала, что для нее исполнить оперу Вагнера – это верх всякого достижения, большая удача. А какова вершина у певца мюзиклов?

Евгений. Это Бродвей.

Алексей. Ожидаемый ответ, честное слово (улыбается).

Евгений. На самом деле нельзя сравнивать академическое исполнение с эстрадным, однако согласен, для них классика – это высший уровень. У меня есть такая мечта – поехать посмотреть, как и что происходит на Бродвее. Там дети работают круче нас, это особая культура, там поют, пляшут и «актерски» подкованы с самого детства. Вообще, Бродвей и Фрация (Париж) задали тон мюзиклам и всему вокально-танцевальному жару по всему миру. А что касается нашей системы образования, то она нуждается в реформировании.

 

 

08

 

Виктор. Скажите, нашему читателю интересно: отличный голос, слух и артистичность – хорошие критерии для того, чтобы попасть на большую сцену, или нужно что-то еще? Может быть везение?

Евгений. Понятно, если человек поет, он и будет петь. Много критериев. В университете мы находим индивидуальность человека, подчеркиваем изюминку. Когда человек раскрывается, с ним можно работать. И да, везение – без него никак.

 

11

 

Виктор. Евгению спасибо за интересный рассказ. Все ответы засчитаны, время неумолимо движется вперёд, и нам пора поворачивать стрелки к другой теме. Встретимся в следующем измерении, где нас будет ждать иной герой, новый, с личным и уникальным внутренним двигателем своих дел.


Фотограф: Дмитрий Москвин

rCXdKrODZww

 

 

 

 

 

Не забудь поделиться этой информацией со своими знакомыми и друзьями.

Комментарии

Оставить комментарий

 
#Радио1958#Солигорск